10.06.2019      841      0
 

Былинный элемент


Зачем исследователь майя ходит на рыцарские турниры?

Специалист по истории Мезоамерики Дмитрий Беляев уже два раза был со своей семьёй на Турнире святого Георгия в Москве. Мы поговорили с Дмитрием Дмитриевичем и его дочерью Таисией о романах Вальтера Скотта, песнях Высоцкого и о том, могут ли современные рыцари стать новыми медиазвёздами. 

Дмитрий Дмитриевич Беляев – кандидат исторических наук, доцент Мезоамериканского центра им. Ю. В. Кнорозова РГГУ.

В материале использованы фотографии из семейного архива Д. Д. Беляева.

Вы занимаетесь изучением истории Мезоамерики. Эта тема далека от европейского Средневековья. Почему вас заинтересовал Турнир святого Георгия? Как вы о нём узнали и как оказались там в первый раз?

Д. Б.: В молодости, в последних классах школы, я тоже немножко интересовался сюжетами, связанными с реконструкцией. Тогда это движение ещё только начиналось, и у меня в этой среде было несколько друзей в Туле. Потом выросла небольшая реконструкторская группа. А поскольку после школы я поехал учиться в Москву и больше стал заниматься Мезоамерикой, реконструкция осталась на периферии.

Мне всегда было интересно, но никогда не было возможности включиться, потому что моя дисциплина предполагала, что надо учить очень много всего с нуля. Но когда уже в 2000-е историческая реконструкция стала набирать всё большую популярность в Москве и в других регионах, я снова стал за ней следить и интересоваться. 

А поскольку теперь я ещё и преподаю, то понимаю, что реконструкция – одна из форм создания исторической наглядности и репрезентации истории. То есть, одно дело – изучать историю на изображениях или в компьютерной реальности, и совсем другое – видеть вживую, как люди погружаются в историю. Это создаёт для любого интересующегося человека совершенно новый взгляд, новую перспективу. Мы с моими коллегами даже периодически думаем о том, какой могла бы быть историческая реконструкция Мезоамерики, но это скорее из области фантастики…

А это не делают в США, в Мексике?

Д. Б.: Есть несколько групп, которые делают что-то подобное, и даже некоторые люди в России пытаются. Например, есть один молодой человек, который хочет сделать что-то мезоамериканское для летних «Времён и эпох». Он недавно обсуждал это с моими молодыми коллегами. Проблема состоит в том, что нас всё-таки не так много, чтобы превратить это в какое-то действо или зрелище. Ведь один из самых важных моментов исторической реконструкции – это зрелищность. С одной стороны, реконструкторам интересно понять, как всё было устроено в прошлом, а с другой стороны – им хочется рассказать об этом другим людям.

Поэтому, когда в 2017 году появилась информация о Турнире святого Георгия… То есть он существовал и раньше, но был малоизвестен. На слуху были различные мероприятия по русской средневековой истории. У нас же много клубов ей занимаются. И когда году я узнал, что в Коломенском пройдет рыцарский турнир, то мне показалось, что нужно не только сходить туда самому (это, конечно, тоже было важно), но и показать дочери. Она в тот момент в школе как раз проходила историю Средних веков, и это был хороший способ продемонстрировать, как всё выглядело на деле. 

Потому что образ Средневековья у каждого разный. Помню, когда мы начинали учить историю Средних веков, лекции у нас читала Наталья Басовская. Она на первом занятии задала нам вопрос: «Какой у вас образ Средневековья?», видимо, считая, что у нашего позднесоветского поколения образ Средневековья будет отрицательный, негативный… А большинство студентов нашей группы ответили: «Да нет, у нас такой вальтер-скоттовский: рыцари, замки…» Она удивилась: «Ой, как хорошо, как это здорово!» Позже, когда я сам стал преподавателем, то задумался о том, что для лучшего понимания истории нужны яркие образы. 

И, посмотрев информацию и ролик турнира (всё было сделано очень красиво), я сказал: «Я, конечно, занимаюсь Мезоамерикой, но надо туда обязательно сходить, потому что это уникальная возможность не только развлечься, но и сделать картину истории Средневековья более объёмной». А потом стало ясно, что это не просто реконструкция турнира как такового, но ещё и состязание: можно за кого-то болеть, сопереживать. Поэтому в 2018 году мы сходили на турнир во второй раз, и это уже стало хорошей традицией.

Было действительно интересно и ярко. Не зря в прошлом году с нами ещё пошёл один из Тасиных друзей, одноклассников. Мы написали его родителям, они сказали: «Ну, давайте сходим». Они, может быть, меньше увлеклись этой ситуацией и воспринимали всё только как развлечение. А мы увидели в турнире ещё и возможность получить дополнительные знания. Ведь несмотря на то, что я историк и занимаюсь этим профессионально, я не медиевист. И многие вещи, связанные со средневековой историей, в реконструкторской оболочке запоминаются гораздо лучше.

Ну а для ребёнка, мне кажется, это вообще очень важно, потому что сейчас новое поколение требует новых подходов. Даже при том, что это поколение прекрасно понимает, разбирается, читает и занимается всем, чем только можно, это объективный факт. Визуальный мир вокруг изменился так сильно, что пытаться образовывать их исключительно старыми средствами не получается.

С другой стороны, во всех нас есть внутренний подросток, сколько бы времени с тех пор уже ни прошло. Моё детство – это эпоха, когда Средневековье только ограниченно присутствовало в сфере массовой культуры. И английский сериал «Робин Гуд», и советские фильмы вроде «Чёрной стрелы», «Квентина Дорварда». Их было так мало… Это сейчас заходи в Интернет – и смотри, выбирай, что хочешь: «Игру престолов» с драконами или «Викингов» или что-то ещё. В нашем детстве такого разнообразия не было. Поэтому идея турнира показалась мне очень-очень интересной. В какой-то степени это была компенсация: почему бы не сходить и не посмотреть, как это могло бы быть в моём детстве? А с другой стороны – возможность показать что-то новое своему ребёнку. У нас таких турниров не было. Нам только показывали, что где-то там на Западе они проводятся. В журнале «Вокруг света», по-моему, опубликовали статью про такие рыцарские турниры. Там были фотографии и описание турнира где-то в Европе, по-моему, в Англии. В своё время я её прочитал и был потрясён: надо же, люди сами всё делают, реконструируют. 

Вы болели на турнире за конкретного участника? Или было несколько рыцарей, которые вам нравились? 

Д. Б.: Поначалу мне хотелось болеть за всех. Там были зарубежные участники, которых очень хорошо представляли, опытные рыцари. Но когда я увидел, как хорошо подготовлены и снаряжены российские рыцари, появились и патриотические мысли, желание болеть за наших. Оказывается, это возможно не только в традиционном спорте, но и в историческом. 

Я не очень большой специалист, но, насколько я понимаю, там было много довольно опытных участников. И вдруг – раз! – неожиданно побеждает относительно молодой и не самый известный в этой сфере (судя по рассказам организаторов турнира) Андрей Камин. Это стало неожиданным сюрпризом.

Тася: Я начала болеть вместе с мамой уже в первой части турнира, когда проходили полосу препятствий (skill at arms – упражнение, в котором рыцари демонстрируют свои навыки верховой езды и обращения с оружием. – Ред.). Сначала я не могла выбрать рыцаря, который мне импонировал больше других, но моя мама сразу определилась, и потом я всё-таки согласилась с ней. Андрей Ками́н выглядел более выигрышно. Я выбирала по тому, как человек выглядел в различных испытаниях. Оригинальные красивые доспехи могут быть у каждого, но умение нужно тренировать, и оно развивается долго. Вообще я думаю, что разница в уровнях рыцарей была небольшая, она несильно бросалась в глаза.

Д. Б.: Андрей Камин запомнился не просто победой, а и самим участием. Это же не только спорт, не чисто рыцарское соревнование, а всё-таки, будем честны, это шоу. И то, как человек создаёт определённый образ, – тоже, по-моему, очень важно. Наверное, есть ещё и русская особенность. Сочетание куртуазности, силы и… эдакой молодецкой удали. Может быть, поэтому участники из Европы, несмотря на то что они хорошо себя показали и всё у них получалось, не вызвали такого интереса у трибун. То есть интерес был, но сопереживание – нет. А наш былинный элемент в поведении рыцарей был близок зрителям, они его чувствовали. Несмотря на абсолютно средневековую, западноевропейскую стилистику состязания, русская удаль и задор всё равно прорывались.

Во время награждения, когда мы уже спустились с наших мест, было ощущение, что мы на настоящем средневековом турнире, что мы действительно погрузились в прошлое. И у меня, естественно, в голове сразу же всплыли, как у любого человека моего поколения, фильмы о Средневековье, вальтер-скоттовские прежде всего. 

«Баллада о доблестном рыцаре Айвенго», которая вышла, когда я ещё ходил в детский сад, и «Стрелы Робин Гуда». Для обоих фильмов записывал песни Высоцкий. В «Балладе о доблестном рыцаре Айвенго» была очень впечатляющая сцена турнира, особенно для советского детсадовского мальчика, а потом и школьника. Когда после турнира мы возвращались домой, кадры из этих картин стояли у меня перед глазами.

Более того, скажу честно, эти фильмы подстегнули меня больше читать Вальтера Скотта. Потому что читать его в младшей школе просто так сложно – язык у него немножечко архаический. Даже наши переводы эту ситуацию не так чтобы сильно исправили, он автор XIX века. А наличие такой прекрасной экранизации, да ещё и с замечательными песнями, сильно способствовало тому, что Вальтера Скотта до сих пор иной раз тянет перечитать. 

А ещё мы с Тасей часто шутим о турнирной истории в «Приключениях Алисы» у Кира Булычёва. Там эта история представлена, конечно, очень иронически, но всё же турнир присутствует, и поэтому сравнивать всегда было очень весело.

Вы рассказали о своей мотивации посещения турнира. А как вы считаете, что больше всего интересно на турнире Тасе?

Д. Б.: Во-первых, я думаю, что ей приятно побывать на таком мероприятии, потому что у неё есть интерес к истории. Эту дисциплину Тасе нравится изучать в школе, и она старается лучше её узнать. А с другой стороны, это, наверное, то, что мне или нашему поколению не очень понятно, хотя в какой-то степени… Это как бы красивая картинка, на которую можно не просто посмотреть, а на фоне которой можно предстать. На турнире обязательно надо сфотографироваться, и где-то на заднем плане будут присутствовать «средневековые» постройки, турнирная арена и т. д. А если ещё и сделать снимки на этих автограф- и фотосессиях с соучастниками, получится вообще очень ярко.

Тася: Мне хотелось увидеть состязания рыцарей в реальности, так как я до этого только читала о том, как происходят турниры. Да, было интересно посмотреть, как всё происходит, реализацию, и сравнить с тем, что я знала в теории.

Вы фотографировались?

Д. Б.: Да, хотя это не полноценная фотосессия. Это тоже был интересный момент. Мне, например, это как-то совсем чуждо – встать рядом с чем-то и сфотографироваться. Мне интереснее находиться по другую сторону объектива и смотреть на этот предмет. А для нынешнего поколения «вписать себя в пейзаж» – очень важный интерес. 

Можно ли говорить, что с развитием турниров и джостинга вообще главные герои станут кем-то наподобие звёзд? Как звёзды спорта, музыки или телевидения. 

Д. Б.: На мой взгляд, было бы хорошо, если бы они превратились в таких звёзд. Это очень важно, потому что, как я уже говорил, у этих турниров не только чисто развлекательная функция, но и, с моей точки зрения как преподавателя вуза, важная просветительская функция. Через увлечение рыцарями человек лучше узнаёт историю. И будет здорово, если даже в каком-то ограниченном медиапространстве будут появляться звёзды, которые связаны не только с футболом. Если в медиакультуре, шоу-культуре появится пространство, где будут известны звёзды из сферы исторической реконструкции. 

Ведь что хорошо в рыцарском турнире? Мы все прекрасно понимаем, что его современный идеал сложился в XIX веке. Но, с другой стороны, это, может быть именно тот куртуазный идеал, которого нам не хватает сейчас. Не знаю, насколько я идеалистично мыслю, но это может облагородить нашу массовую культуру. Понятно, что вряд ли по Первому каналу будут показывать рыцарские турниры… Но, если будут локальные, но тем не менее звезды из реконструкторской среды за счёт рыцарских турниров, мне кажется, это будет хорошо. И очень важно.

Тася: В основном про рыцарей мне рассказывала мама, особенно про Камина, потому что она подписалась на него и во «ВКонтакте», и в «Фейсбуке». А так, честно сказать, я не очень интересовалась людьми в реальной жизни. Я читала о них, но не особенно подробно. 

Я думаю, что звёздность может появиться, но не так быстро, так как сейчас интерес к истории в нашем обществе не очень выраженный. Звёздность придёт, но позже, когда интерес к истории возрастёт.

А он возрастёт?

Тася: Я думаю, что когда-нибудь это произойдёт, но не так скоро. Например, в моём гуманитарном классе, который должен быть нацелен на историю, историей интересуются единицы. Моему однокласснику, например, турнир показался просто ярким шоу. А я бы хотела думать, что основная цель состязания – это скорее визуализация истории. Я бы хотела, чтобы так было.


Об авторе: Андрей Залунин

Студент магистратуры Исторического факультета МГУ. Интересы - история Византии, история Древней Руси (в особенности Великого Новгорода).

Хотите быть в курсе всего?
Подписывайтесь на нашу еженедельную рассылку!
Только лучшие материалы и новости журнала

Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Для отправки комментария, поставьте отметку. Таким образом, вы разрешаете сбор и обработку ваших персональных данных. . Политика конфиденциальности

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.