20.03.2020      841      0
 

20 загадок русской истории


Детям об истории: отрывок из книги Тамары Эйдельман

Из школьных учебников истории каждый из нас выносит набор мифов: русское государство было создано варягами, Святополк Окаянный убил своих невинных братьев Бориса и Глеба, а на Чудском озере ливонские рыцари провалились под лёд. Но школьные учебники – это далеко не наука. Историки знают, что реальность могла быть не такой однозначной, как нам помнится со школьной скамьи.

«Загадки истории возникают в том случае, когда нам мало известно о произошедших событиях: исчезли документы, старинные здания были погребены под землёй…» В таких случаях у историков может быть несколько версий того, что же на самом деле произошло, и у каждой стороны будут свои аргументы. О различных версиях одних и тех же событий в отечественной истории увлекательно рассказала историк Тамара Эйдельман в книге «20 загадок истории» от издательства Пешком в историю, из которой мы публикуем несколько фрагментов.

Кто убил Бориса и Глеба?

В Третьяковской галерее есть прекрасная икона, которая называется «Борис и Глеб на конях». На ней два древнерусских князя, два брата — Борис и Глеб, — едут на удивительных, как будто сказочных конях — чёрном и красном. Они сидят в сёдлах абсолютно спокойно, как будто выехали на небольшую прогулку, а в верхнем краю иконы виден Христос, который их благословляет. Но на самом деле братья едут совсем не на прогулку, и жизнь их была далеко не спокойной и закончилась трагически.

Они были сыновьями Владимира Святославича, того самого знаменитого киевского князя, правившего в 978–1015 годах, которого называют Владимиром Святым, потому что он крестил Русь, а в былинах — Владимиром Красно Солнышко. Но киевским князем он стал не сразу: от отца он получил Новгородский престол, а за киевский пошёл войной на своего родного брата Ярополка. Ярополк погиб, а Владимир не только занял его место в Киеве, но и женился на его вдове. Вот только к этому времени она уже была беременна, и, когда у неё родился сын Святополк, то получилось, что Владимир ему как бы и отец, и дядя.

Название: 20 загадок русской истории
Автор: Т. Н. Эйдельман
Издательство: Пешком в историю
Год издания: 2019

Владимир правил много лет, своих сыновей он отправил в разные концы Руси — править от его имени. Старший — Ярослав — княжил в Новгороде, но отношения у отца с сыном складывались плохо: Ярослав даже собирал дружину, чтобы пойти на Киев войной. Мстислав правил на юге, в Тмутаракани, Глеб — в Муроме, Бориса отец отправил в поход — сражаться со степными кочевниками печенегами. И когда Владимир умирал, из всех сыновей с ним в Киеве был только Святополк.

После смерти отца наследники сразу начали сражаться между собой — война длилась несколько лет. В эти годы как раз погибли князья Борис и Глеб. Ярославу помогали новгородцы и скандинавские наёмники, Святополку — его тесть, польский король Болеслав. А когда Ярослав победил Святополка, тот бежал в Польшу и больше не возвращался. Казалось, война была закончена, но тут с юга пришёл Мстислав, и усобицы начались снова. Через некоторое время братья договорились между собой — Мстиславу досталась южная часть владений отца, а Ярославу — Киев и земли к северу от Киева. И только когда Мстислав умер, Ярослав получил власть во всей Руси. Он будет долго править, прославится своей учёностью, будет покровительствовать наукам и искусствам и получит прозвище — Ярослав Мудрый.

И всем нам вроде бы известно об отношениях детей Владимира между собой, но одна загадка всё же остаётся: кто убил Бориса и Глеба?

ВЕРСИЯ 1 «Сказание о Борисе и Глебе» обвиняет Святополка Окаянного

Через несколько десятилетий после гибели братьев было написано «Сказание о Борисе и Глебе», которое на Руси очень любили, постоянно читали и много раз переписывали. В нём говорится о том, как Святополк сообщил Борису и Глебу, что их отец умер, и позвал их в Киев, чтобы они служили при его дворе. Борис в это время возвращался из похода против кочевников-печенегов. Его дружинники сразу поняли, что тут кроется обман, а Святополк на самом деле замышляет убить их князя, и стали предлагать ему сражаться за власть. Но Борис отказался, не желая поднимать оружие против брата. Услышав это, почти вся его дружина разбежалась. Борис всю ночь молился в своём шатре, понимая, что жить ему осталось недолго, а под утро услышал зловещий шёпот: в его шатёр ворвались убийцы — Путьша, Талец, Елович и Ляшко — с обнажёнными мечами. Один из оставшихся с Борисом верных дружинников, Георгий, попытался прикрыть его своим телом, но был убит вместе с хозяином. На шее у Георгия висела золотая гривна, подаренная ему Борисом за службу. Убийцы никак не могли снять гривну и поэтому отрубили ему голову.

А Глеб тем временем спешил по реке на похороны отца, но по дороге получил письмо от своей сестры Предславы, которая сообщила ему, что Святополк захватил власть и убил Бориса. Глеб стал оплакивать судьбу брата и свою судьбу и был прав: душегубы Святополка не замедлили появиться. Как Глеб ни умолял их пощадить его, они не смягчились, даже повар Глеба перешёл на сторону убийц и зарезал князя. Святополк ещё долго воевал с Ярославом, но в конце концов Ярослав победил. Святополк бежал в Польшу, и ему всё время казалось, что его преследуют тени невинно убиенных Бориса и Глеба. Его совесть не давала ему покоя, и так он и сгинул где-то в Польше. Летописец называет Святополка Окаянным — и в этом слове слышится воспоминание о Каине — первом убийце в истории, который тоже пролил кровь брата.

Сильные стороны этой версии:

«Сказание о Борисе и Глебе» писалось на Руси, где многие хорошо знали, что произошло. Можно подумать, что летописец слышал как ие-то детали убийства Бориса и Глеба от очевидцев — так ярко и подробно он о них рассказывает. К тому же он называет имена убийц. «Сказание» было написано через несколько десятилетий после гибели Бориса и Глеба — вполне возможно, какие-то свидетели были ещё живы.

Есть ещё одно косвенное доказательство того, что автор «Сказания» хорошо знал, что произошло. Монахи Борисоглебского монастыря в Торжке всегда считали, что их монастырь был основан в 1038 году боярином Ефремом, служившим князю Владимиру Святославичу. Ефрем был братом Георгия — того самого юноши, который пытался спасти Бориса. Смерть брата так потрясла его, что он решил стать монахом. Ефрем ушёл далеко на север, туда, где позже появится город Торжок, и основал там монастырь. Говорят, с собой он забрал отрубленную голову Георгия. Когда Ефрем умирал, то попросил монахов положить с ним в могилу голову брата. Долгое время историки думали, что это легенда. Самые древние документы, подтверждавшие существование Борисоглебского монастыря, относятся в XVI веку — на полтысячи лет позже, чем та эпоха, когда жили Борис и Глеб. Но когда, уже в ХХ веке, в монастыре вскрыли могилу Ефрема, то там обнаружили ещё одну голову.

Слабые стороны этой версии:

Когда летописец включил «Сказание» в состав летописи, в Киеве правил Владимир Мономах — внук Ярослава Мудрого. Конечно, Ярослав и его потомки хотели, чтобы Святополк остался в истории как можно более подлым и гнусным, а Ярослав — благородным. Как о нём и рассказывали, так и записал летописец. А ведь на самом деле Ярослав не меньше, чем Святополк, был заинтересован в том, чтобы убрать всех соперников. Но даже если летописец и слышал другие варианты этой истории, то вряд ли решился бы записать их.

А может быть, автор «Сказания» писал вообще не для того, чтобы точно рассказать о произошедших событиях, а для того, чтобы призвать князей прекратить усобицы, бушевавшие на Руси. Борис и Глеб отказались выступить против собственного брата, хотя он угрожал их жизни, — рассказ об их благородстве как будто говорил князьям XI–XII веков: перестаньте сражаться между собой, берите пример с Бориса и Глеба.

ВЕРСИЯ 2 «Сага об Эймунде» обвиняет некоего Ярислейфа (скорее всего Ярослава)

В конце XIV века в Исландии составили сборник исторических легенд — саг, — который назывался «Книга с Плоского острова». В её состав вошла «Сага об Эймунде». В ней рассказывается о том, как норвежский вождь Эймунд со своей дружиной пришёл в Гардарики — так скандинавы называли Русь — и стал служить конунгу Ярислейфу. Имя Ярислейф — это явно искажённое «Ярослав», тем более, что жену Ярислейфа в саге звали так же, как жену князя Ярослава, — Ингегерд.

Ярислейф в это время воевал со своим братом Буриславом. Некоторые историки утверждали, что Буриславом может быть польский король Болеслав, союзник Святополка. Но почему тогда автор называет его братом Ярислейфа? Куда правдоподобнее мысль о том, что Бурислав — это Борис. Ярислейф был скуп и не хотел платить Эймунду за его службу. Тогда Эймунд решил, что если он поможет Ярислейфу победить Бурислава, то тот ему богато заплатит. Он взял с собой двенадцать воинов — автор саги перечисляет их имена — и отправился в поход. Они пришли к тому месту, куда должно было явиться войско Бурислава. Эймунд осмотрел опушку леса и по-нял, что Бурислав, конечно же, поставит свой шатёр возле дуба. Он пригнул ветви дуба, после чего спрятался вместе со своими людьми. Через некоторое время сюда действительно пришел Бурислав с дружиной. Они раскинули лагерь, и Бурислав поставил свой шатёр именно там, где предполагал Эймунд. Вечером, пока дружинники пировали, Эймунд пробрался в их лагерь и в темноте привязал шатёр Бурислава к веткам дуба. Когда все в лагере Бурислава уснули, то Эймунд снова пробрался в лагерь, перерубил верёвку, ветви дуба поднялись, шатёр взлетел на воздух. В этой суматохе Эймунд отрубил голову Буриславу и скрылся, а дружина Бурислава не могла понять, что произошло, кто на них напал и кто убил их князя. Они долго обвиняли друг друга, а потом разбежались. Эймунд явился к Ярислейфу, показал ему голову Бурислава и потребовал плату. Ярислейф был не очень доволен или, по крайней мере, не показал, что он доволен, но заплатил Эймунду и приказал похоронить Бурислава.

Сильные стороны этой версии:

Скандинавские саги — хороший исторический источник. Их авторы подробно перечисляли родословную своих героев, называли имена их родителей, братьев, сестёр, детей — они в ка-кой-то мере отвечали за правильность рассказа, ведь речь шла о совершенно конкретных, всем известных людях. Автор саги не зависел ни от Ярослава, ни от его потомков, он мог, ничего не опасаясь, назвать Ярослава убийцей Бориса. Кроме того, скандинавские страны были тесно связаны с Русью — здесь жили их родственники, варяги приезжали сюда торговать, нанимались дружинниками, они могли много знать о том, что на самом деле произошло.

Слабые стороны этой версии:

Дошедший до нас список саги был написан в XIV веке — через триста лет после произошедших событий. За это время многое можно было перепутать. С другой стороны, одно дело, когда сага была записана, а когда её сочинили — может быть, задолго до того. Мы этого не знаем. Много в этой истории сказочного: сегодня никто не поверит, что Эймунд мог убить Бурислава так, как это описано в саге, — рассказ о согнутых ветвях дуба и об Эймунде, пробирающемся в лагерь Бурислава, явно взят из древних легенд.

Что случилось с царевичем Дмитрием?

15 мая 1591 года в городе Угличе погиб девятилетний мальчик Дмитрий. Он напоролся на ножик, с которым играл, бросая его в землю. Но мальчик этот был непростой — он был сыном русского царя Ивана Васильевича Грозного и его шестой жены Марии Фёдоровны Нагой.

Обстановка, в которой рос царевич Дмитрий, была напряжённой. Отец был на тридцать шесть лет старше матери, и к тому же явно страдал многочисленными психическими расстройствами, возможно, манией преследования, и отличался садистскими наклонностями. После его смерти Марию с сыном отправили в город Углич, сделав мальчика угличским князем. Сам царевич, по-видимому, тоже был болен тяжёлым хроническим заболеванием, скорее всего, эпилепсией. Ходили слухи, что он унаследовал жестокий характер отца: зимой лепил из снега фигуры, давал им имена бояр, которых считал виноватыми в их ссылке, и рубил им головы. В Угличе Дмитрий с матерью ни в чём не нуждались, были окружены слугами, но при этом Мария ощущала себя в ссылке и, скорее всего, часто выражала недовольство своей жизнью и раздражение, что должно было также оказать влияние на мальчика.

Так что же на самом деле произошло в Угличе?

ВЕРСИЯ 1

Царевич был убит по приказу Бориса Годунова, мужа сестры царя Фёдора Иоанновича — Ирины. В тот момент он официально занимал пост «правителя» Российского государства, так как Фёдор был слишком слаб здоровьем. Организаторами выступили нянька царевича Василиса Волохова, Михаил Битяговский, присланный в Углич, формально, чтобы управлять хозяйством Марии Нагой, а по сути дела, чтобы следить за ней и её родней. Обвинение в убийстве сразу же высказала, вернее, выкрикнула несчастная Мария Нагая, когда она выбежала во двор и увидела, что её сын лежит на земле в крови. За несколько месяцев до этого у Дмитрия был эпилептический припадок, после которого он долго болел, но в последние недели стал поправляться, уже ходил с матерью в церковь, и теперь она выпустила его погулять. Он играл в ножички, или, как тогда говорили, в «тычки» с мальчиками, которых выбрали ему в компанию. За игрой, кроме няньки, наблюдали ещё кормилица Арина Тучкова и постельница Марья Колобова. Увидев истекавшего кровью сына, Мария тут  же стала обвинять няньку и бить её поленом. Прибежавшие на шум братья Марии тут же бросились на стоявшую рядом колокольню и принялись бить в набат. На колокольный звон сбежалась толпа. Она растерзала тех, кого Мария Нагая считала убийцами Дмитрия: Осипа Волохова, сына Василисы, Никиту Качалова, племянника Битяговского и его сына Данилу Битяговского. Присланная из Москвы комиссия во главе с боярином Василием Шуйским, допросив множество людей, пришла к выводу что об убийстве не может быть и речи. На том и остановились, пока в 1606 году Шуйский, провозглашённый царём, не заявил, что заключение было сделано под давлением Годунова, а на самом деле царевич действительно был убит по приказанию Бориса.

Сильные стороны этой версии:

Она была высказана «по горячим следам» людьми, находившимися рядом с местом преступления. Царевич и стоявшее за ним семейство Нагих действительно мешало Фёдору Иоанновичу и Годунову — неслучайно по их приказу ещё при жизни Фёдора царевича перестали упоминать в церковных службах как наследника. К тому же в эту версию поверили десятки людей, прибежавших на площадь в Угличе.

Слабые стороны этой версии:

Можно ли доверять словам несчастной матери, выкрикнутым в истерике? Насколько убедительны свидетельства других людей? Представим себе ситуацию: на земле лежит окровавленный ребёнок, и не просто ребёнок, а царский сын, рядом бьётся в истерике мать, гремит набат. Братья Нагие заперли дверь на колокольню, и Битяговский долго не мог добиться того, чтобы они перестали звонить в колокол. Все кричат, вопят, плачут — что видели эти люди, а что им показалось, что они видели?

ВЕРСИЯ 2

Убийства вообще не было. Комиссию, выяснявшую обстоятельства произошедшего в Угличе, возглавил боярин Василий Иванович Шуйский. Он вместе со своими помощниками допросил Марию Нагую, её братьев, слуг, людей, находившихся в тот момент рядом с телом. После этого был составлен подробный отчёт, из которого следовало, что у царевича произошёл припадок и он нечаянно напоролся на ножик. Мария Нагая была пострижена в монахини под именем Марфы, её братьев отправили в ссылку за то, что они подстрекали жителей Углича к бунту. Тех горожан, кто активнее всего вёл себя на площади, казнили или сослали. Был наказан даже колокол, бивший набат, — ему вырвали язык и выслали в Тобольск.

Сильные стороны этой версии:

У царевича, скорее всего, действительно была эпилепсия. Кроме того, его трудно считать угрозой престолу — по всем церковным правилам он был незаконным сыном Грозного, и все это прекрасно понимали. Считается, что Годунов хотел убить царевича, чтобы расчистить себе путь к престолу. Но царь Фёдор был ещё не стар, и у него вполне могли появиться наследники. К тому же Годунов в тот момент и так обладал огромной властью, фактически он был правителем при слабом царе и мог оставаться таковым ещё много лет, до самой своей смерти.

Слабые стороны этой версии:

Конечно, логически рассуждая, Годунову не требовалось избавляться от мальчика, но люди не всегда поступают логично. Возможно, он хо-тел убить его, так как опасался, что имя мальчика используют в своих целях Нагие, и хотел обезопасить не столько собственную будущую власть, сколько положение тогдашнего царя и его жены.

ВЕРСИЯ 3

Убийство замышлялось, но царевичу удалось спастись. В 1604 году царевич Дмитрий вдруг объявился. Им называл себя беглый монах Григорий Отрепьев. Он рассказал, что Годунов, мечтавший стать царём, подослал к нему убийц, но его спас доктор, узнавший о заговоре. Доктор этот якобы заранее нашёл мальчика, похожего на Дмитрия, и повсюду водил их вместе. Он укладывал их спать в одну постель, а когда они засыпали, то уносил настоящего Дмитрия в другую комнату. В тот злополучный день в ножички играл как раз подменный Дмитрий. Приехавшие в Польшу слуги настоящего царевича признали в новоявленном Дмитрии своего господина, а он называл их по именам и вспоминал различные детали жизни в Угличе. Борис Годунов, который был после смерти Фёдора Иоанновича избран царём, пытался разоблачить эту версию. По всей России в церквях провозглашали анафему Гришке Отрепьеву, но это привело только к тому, что большее количество людей узнало о происходящем и поверило в спасение царевича. Лжедмитрия поддержали сначала польские дворяне, отправившиеся с ним в поход на Москву. А после того, как войско Лжедмитрия было разбито, на его сторону встали казаки и крестьяне. Города, к которым подходило его войско, открывали перед ним ворота. В это время умер Борис Годунов, и на престол вступил его молодой сын Фёдор, а его воеводы один за другим переходили на сторону царя Дмитрия. В 1605 году Москва открыла ворота, и Лжедмитрий получил власть. Фёдор Годунов и его мать были убиты. А Лжедмитрий вызвал из монастыря Марию Нагую, и та тоже признала в нём своего сына.

Сильные стороны этой версии:

Казалось бы, их нет. Все слышали о том, что Лжедмитрий — самозванец. Но как быть со слугами, признавшими царевича? Откуда он знал детали жизни в Угличе? Почему его сочла своим сыном инокиня Марфа? Были серьёзные учёные, считавшие, что Лжедмитрий на самом деле был царевичем Дмитрием. Среди них, например, один из самых крупных исследователей Смутного времени — Сергей Фёдорович Платонов. Одним из доказательств в пользу такой теории он считал следующее: никто из Нагих не заказывал заупокойных служб в память об убитом царевиче. Как же так? Панихиды служили по всем покойникам, почему же не по маленькому Дмитрию? Платонов объяснял это тем, что служить панихиду по живому — страшный грех, который может погубить этого человека. Может быть, Нагие знали, что Дмитрий всё-таки жив? Позже, правда, Платонов нашёл упоминание об одной заупокойной службе, заказанной Марией Нагой. Это и другие доводы заставили его отказаться от версии о спасении царевича.

Слабые стороны этой версии:

Главная слабость — фантастичность этой версии, хотя теоретически в истории могут происходить самые странные вещи. О подробностях детской жизни царевича Дмитрия Григорий Отрепьев мог многое узнать в доме у бояр Романовых, которым он служил. Романовы были родственниками Ивана Грозного и считали главу своего клана — Фёдора Романова — куда более достойным престола, чем Борис Годунов. Так что призвание Годунова на царство возмутило их; возможно, они даже готовили заговор. В 1600 году Годунов приказал арестовать и сослать всех членов семьи Романовых. Любопытно, что именно в этот момент Григорий Отрепьев бежал из Москвы. Чего он опасался? Годунов не тронул слуг Романовых, но Григорию, очевидно, было что скрывать.

Показания слуг могли быть ненадёжны просто в силу того, что они помнили царевича восьмилетним мальчиком. Как узнать его во взрослом мужчине? А когда инокиню Марфу вызвали из монастыря, она прекрасно понимала, что если признает в Отрепьеве сына, то станет матерью царя, будет жить в богатстве и почёте. Не признает — её в лучшем случае вернут обратно в монастырь. Ну и к тому же можно просто предположить, что несчастная мать, потерявшая единственного сына, была готова поверить в чудо.

Вопрос об обстоятельствах смерти царевича Дмитрия до сих остаётся открытым.

У версии об убийстве царевича есть авторитетные защитники. В начале XIX века об этом невероятно ярко рассказал в своей «Истории государства Российского» великий историк Николай Михайлович Карамзин. Его книгой вдохновился Пушкин, когда создавал драму «Борис Годунов». Через несколько десятилетий другой гений — Мусоргский — написал оперу «Борис Годунов». Здесь тоже Борис — убийца. С великими спорить трудно. Но и безоговорочно доверять им нельзя.


Об авторе: Редакция

Подпишитесь на Proshloe
Только лучшие материалы и новости науки

Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Для отправки комментария, поставьте отметку. Таким образом, вы разрешаете сбор и обработку ваших персональных данных. . Политика конфиденциальности

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.