02.12.2019      107      0
 

Армия Вестфальского королевства


«Лонгрид» Сабира Еникеева

Сведения об авторе:
Еникеев Сабир
Исторический факультет СПбГУ

Работа: лонгрид

 Мало кто может усомниться, что наполеоновские войны являются одной из самых популярных и хорошо изученных эпох человеческой истории; полемика между учёными не утихает до сих пор. Вестфальское королевство (1807-1813 гг.) занимает в ряду других государств наполеоновской Европы особое положение: это «государство-образец», созданное с нуля и призванное показать все выгоды наполеоновского правления. Однако трудности, встретившиеся молодому государству на его пути, дали основание таким историкам, как Эрнест Лависс и Альфред Рамбо делать следующие громкие заявления:

«Королевство Вестфальское, с двумя миллионами населения, разбросанного по бассейнам Рейна, Эмса, Везера и Эльбы, не имело ни географического единства, ни духовной связи. Это была какая-то спешная импровизация, плохо удавшийся черновой набросок, жизнеспособность которого могла проявляться только при условии дальнейших изменений».

Однако был ли это в действительности черновой набросок? Смогла ли наполеоновская администрация создать надёжные вооружённые силы? Вопрос ни разу не однозначный, потому как мнения специалистов разделились минимум на два лагеря: первые считают, что Вестфальская армия (как и само королевство) и впрямь являлась неудачной импровизацией, её подразделения отличалась низкими боевыми качествами, а немцы были совершенно не готовы воевать за Наполеона; вторая же часть полагает, что армия королевства, пройдя через период неминуемых «детских болезней», всё же сумела – не без примера французских братьев по оружию – улучшить свои боевые качества и показать себя с положительной стороны.

Формирование вооружённых сил стало одной из первых задач молодого короля Жерома. Конституция королевства определяла численность вестфальских войск в 25 тыс. человек – не последний по своей силе составной элемент контингента, предоставляемого Наполеону Рейнской конфедерацией. Основа армии была заложена ещё до создания самого государства и даже до подписания Тильзитского мирного договора летом 1807 г. Ещё в конце 1806 г. под руководством маршала Мортье был сформирован франко-гессенский легион (Legion HesseCassel). Основой для его формирования послужили как солдаты бывшей армии курфюрста Гессена, так и взятые в 1806 г. в плен пруссаки. Полностью удалось укомплектовать два линейных полка, которые позже стали первым и вторым полками линейной пехоты Вестфалии. Но всё же армия Вестфалии формировалась фактически с нуля. Территории, вошедшие в состав государства короля Жерома, никогда не знали всеобщей воинской повинности, а армии местных германских сеньоров всегда были преимущественно наёмными. Лишь около 30 лет назад курфюрст Гессена, откровенно говоря, продавал своих солдат англичанам для войны против восставших американских колоний. И если гессенцы считались в общем-то надёжными солдатами, то о жителях Вестфалии (имеется в виду историческая провинция) ещё Фридрих Великий писал, что они «вялые и изнеженные, бесполезные как солдаты».

Поскольку «государство-образец» создавалось на основе французского опыта, логично, что здесь 25 апреля 1808 г. была установлена такая же система конскрипции, которая уже имелась во Франции. Призыву в армию подлежали все граждане мужского пола в возрасте от 20 до 25 лет. Впрочем, довольно широк был перечень обстоятельств, освобождавших молодых людей от призыва. К примеру, если юноша имел неосторожность жениться или овдоветь, солдатская лямка ему уже не грозила. Вполне понятно, что население, знавшее до того лишь наёмный способ комплектования армии, выказало мало энтузиазма. Как писал крупнейший французский учёный Жан Тюлар, «набор войск встретил здесь наибольшее количество трудностей». Есть, однако, и другое мнение: источники свидетельствуют, что до 1813 г. средний процент уклонистов и дезертиров равнялся 13 – подчас даже меньше, чем во Франции.

А начнём мы с самого презентабельного – с Королевской гвардии или, как она ещё называлась, Военного Дома короля. Гвардия, Наполеоновские войны… Уже от этих слов перед нами возникают образы статных седовласых ветеранов в высоких меховых шапках, испытавших на себе как леденящую стужу Альп, так и обжигающие пески Египта… В случае же с Вестфалией всё было несколько скромнее. Гвардия Наполеона создавалась из проверенных, закалённых в боях солдат, прошедших не одну военную кампанию. В Вестфалии же мы имеем дело просто с формированием новых подразделений, получивших гвардейский статус. Даже при очень тщательном подборе личного состава их нельзя было сравнивать со «Старыми ворчунами» императора как по количеству, так и по качеству.

Чины роты Гар-дю-Кор: гвардеец в парадной форме, полковник, офицер в малой форме, гвардеец в форме для службы во дворце.

Принимая во внимание ограниченные ресурсы нового государства, Наполеон, наставляя своего младшего брата, всячески стремился умерить его аппетиты: «Я полагаю, что одного полка шеволежер [лёгкая кавалерия] в 400 человек, одного батальона пеших гренадер и одного батальона пеших егерей, каждый по 400 человек, будет достаточно для Вашей гвардии». Однако тяга Жерома Бонапарта к роскоши была столь велика, что уже совсем скоро реальная численность гвардии Вестфалии намного превысила те 1200 человек, которых Наполеон отводил брату, достигнув численности в 2700 человек.

Визитной карточкой элитного корпуса стала рота Гар-дю-Кор – 206 личных телохранителей короля, невероятно престижное подразделение, где рядовой приравнивался к младшему лейтенанту армейских частей. Не случись падения Наполеона, отличная кузница офицерских кадров!

Основным кавалерийским подразделением Гвардии являлся полк Шеволежер (chevauxlegers лёгкие кони, легкоконный). Ядром при формировании этого полка послужила сотня польских всадников, сопровождавших Жерома на пути в своё королевство. Организация подразделения соответствовала французской: 4 эскадрона по 188 солдат и офицеров в каждом. Как и Гар-дю-Кор, полк Шеволежер Гвардии может служить великолепным примером тяги короля к помпезности и внешнему блеску своих войск; содержание этих элитных всадников обходилось Вестфалии невероятно дорого! Ниже приведена примерная стоимость некоторых из их предметов обмундирования:

Наименование Стоимость в франках
Парадный мундир 44
Повседневный мундир 28
Парадные штаны 22
Повседневные штаны 14
Штаны для конюшни 23
Плащ 36
Пара сапог 20
Каска 36
Кавалерийский чемодан 13
Патронная сума 11.50
Портупея 6
Султан с чехлом 5
Седло 68
Вальтрап 20
Пара башмаков 5.25
Сабля 20
Пистолет 12
Перчатки 5.70

Если при этом учесть, что вестфальский франк был приравнен к французскому и примерно соответствует сумме в 10-15 евро, выходит, мягко говоря, неслабый удар по бюджету. А ведь траты на этом отнюдь не заканчивались. Забегая вперёд, только содержание бригады тяжёлой кавалерии в виде двух кирасирских полков обходилось стране в 330 тыс. франков ежегодно. Дабы примерно представлять себе порядок цен отметим, что ружьё стоило 20-30 франков, корова – 80 франков, литр водки – 2 франка, килограмм мяса – 0,6 франка, а пара башмаков – 4 франка. Разумеется, это лишь ориентировочная стоимость, причём во Франции, но тем не менее. Выходит, что сводить девушку в неплохой ресторан Санкт-Петербурга или Москвы сейчас стоило бы 6-8 франков наполеоновского времени.

Пехота Гвардии Вестфалии: 1 – егерь-карабинер, 2-4 – пешие гренадеры, 5 – пеший егерь.

Теперь что касается пехоты Королевской гвардии. Изначально она состояла из трёх батальонов: пеших гренадер, пеших егерей и егерей-карабинеров. Поскольку французский образец – гвардия как институт поощрения для гигантской армии – был здесь слабо применим, сразу встал вопрос, из кого формировать новые части? Решение было компромиссным: частично это были проверенные службой бывшие гессенские солдаты, частично – отборные призывники. Как никак, опора для нового правительства. Униформа пеших гренадер в целом вписывалась в общую концепцию вестфальских войск: белые суконные мундиры французского покроя с красной отделкой, высокие медвежьи шапки с красными этишкетами, свидетельствующие об элитном статусе и пр. Что же касается батальона егерей, то форма была типичной для лёгкой пехоты германских земель: зелёный цвет в качестве основного и жёлтый в качестве отделочного. Почти аналогичной была и форма егерей-карабинеров, лишь незначительно отличаясь красными деталями.

Предназначение каждого из этих подразделений, с одной стороны, вполне понятно, а с другой – имеет и ряд нюансов.

И если с гренадерами все ясно – это сильные и рослые солдаты, отважные в штыковом бою, то пешие егеря не были лёгкой пехотой в полном смысле этого слова. Как и во Франции, эти солдаты были вполне обычной линейной пехотой, обученной воевать в сомкнутых плотных построениях, хоть и выполняя роль застрельщиков при необходимости. Дело в том, что эпоха революционных войн почти стёрла грань между лёгкой и линейной пехотой, обязав всех уметь действовать как в сомкнутом строю, так и в рассыпном. Поэтому функциональных различий почти и не было вовсе. Однако батальон егерей-карабинеров уже резко отличался. Они-то как раз и были полноценной лёгкой пехотой: их задачей было, действуя в рассыпном строю, метким огнём неустанно беспокоить неприятеля, наносить ему потери, в наступлении быть всегда впереди, а в отступлении – позади, прикрывая своих товарищей. Для этих целей военное министерство не поскупилось: вооружены храбрецы были нарезными карабинами, обладавшими высокой точностью. А ведь такого не было даже во Франции, где с 1806 по 1815 гг. для нужд огромной армии было произведено лишь несколько сотен единиц подобного оружия. Дорогие и не самые простые в обращении вещи – недаром в это элитное подразделение набирали лучших охотников и лесничих, причём на добровольной основе.

Линейные силы Вестфальского королевства включали в себя (на начало весны 1809 г.) 4 пехотных полка, ещё два – пятый и шестой линейные – находились на стадии формирования, а к началу Русской кампании 1812 г. успели сформировать ещё 7-й и 8-й линейные полки. Чтобы читателям стало понятней, линейная пехота – это основа, становой хребет любой армии того времени. Боевые действия она ведёт плотными сомкнутыми построениями больших масс войск, выполняя все манёвры с как можно большей точностью и синхронностью. А для атаки или ведения ружейного обстрела, как правило, выстраивается в трёхшереножную линию – отсюда и название.

Французская пехота в боевом порядке

Организация этих подразделений также соответствовала… кто бы мог подумать… французской. Разве что полки были миниатюрней и включали в себя не четыре батальона, как в Великой Армии, а только два, доводя штатную численность примерно до 2200 человек. Для сравнения, после реформы 1808 г. французский полк линейной пехоты по штату должен был насчитывать 3970 солдат и офицеров. На деле, правда, был значительный некомплект личного состава, совсем не по-немецки. Помимо линейной, в армии короля Жерома также были созданы и части лёгкой пехоты, однако здесь основной тактической единицей был батальон (4 роты, всего по штату 482 чел.), а не полк. Ко времени начала войны с Австрией (апрель 1809 г.) в составе вооружённых сил Вестфалии имелся лишь один батальон лёгкой пехоты. Однако уже к 1810 году это число достигло четырёх.

Наконец, переходим к рассмотрению армейской кавалерии Вестфальского королевства. И начнём мы здесь с одного из весьма противоречивых решений короля Жерома, вызвавшем много нареканий, в том числе и со стороны царственного старшего брата – созданию полков тяжёлой кавалерии.

Как Вам возможно известно, тяжёлая кавалерия – и, в частности, кирасиры – это весьма эффективный, но вместе с тем и невероятно затратный род оружия, без преувеличения – козырь в рукаве любого военачальника. К примеру, лёгкая кавалерия – гусары, конные егеря, уланы и пр. – это, как тогда говорили, глаза и уши армии: она обеспечивала разведку, тыловое охранение, действовала на путях снабжения вражеской армии, производила быстрые манёвры; наконец, довершала разгром уже сломленного противника! Что же касается тяжёлой кавалерии, то у этих исполинов работа совершенно иного рода: на своих могучих и рослых конях, выдерживая идеальное равнение, они должны были на полном ходу врубиться во вражеский строй, сломать его, топтать, крушить, сровнять с землёй всё, что находится перед ними! Пожалуй, единственное, с чем их можно сравнить в современной войне – это танки. Только самые сильные, высокие и физически крепкие новобранцы могли удостоиться чести служить в столь славных подразделениях! В то же время стальные каски и нагрудные кирасы – отсюда и название – давали им серьёзное преимущество в ближнем бою.

Однако и затраты на содержание этих воинов были крайне велики: как мы писали выше, 330 тыс. франков в год стоили два кирасирских полка вестфальским налогоплательщикам при общем военном бюджете 11 млн 500 тыс. франков. Совершенно очевидно, что возможности небольшого германского королевства нельзя сопоставить с крупными государствами Европы, такими как Франция, Австрия или Россия. Однако тяга юного короля к роскоши и желание во что бы то ни стало повысить значимость себя и своего королевства в ряду других монархов Рейнской Конфедерации (особенно в глазах брата) привели к тому, что уже в конце 1808 г. был сформирован 1-й Кирасирский полк. Реакция Наполеона последовала очень быстро: «Я вижу – писал он младшему брату – что у Вас имеется полк кирасир. Вы не располагаете достаточными ресурсами для того, чтобы иметь представительный корпус тяжёлой кавалерии; лёгкая кавалерия — вот то, что Вам нужно». Однако, Жиром не просто не внял словам старшего брата: в 1811 г. был сформирован ещё и 2-й Кирасирский полк. Что ж, красиво жить не запретишь…

Армейская лёгкая кавалерия изначально была представлена лишь одним полком – 1-м Шеволежерским. Насчитывая в своих рядах 4 боевых эскадрона, полк был обмундирован в уже ставшую типичной для данного рода оружия темно-зелёную форму. В составе 2-й вестфальской дивизии полк отправился на поля сражений Испании, где и был в конечном итоге уничтожен в многолетней войне, одновременно заслужив репутацию крайне недисциплинированного подразделения. Аналогичная судьба постигла и сформированный несколько позднее 2-й Шеволежерский полк. Наконец, финальным штрихом являются и два гусарских полка. Подводя итог, ко времени Русской кампании 1812 г. Вестфалия располагала 6 армейскими кавалерийскими полками, два из которых находились в Испании. Артиллерия по численности была совсем небольшой: три пеших и одна конноартиллерийская рота (всего по штату около 30 орудий).

Теперь нам бы хотелось сказать несколько слов и о том, на чём держится любая армия – об офицерах. В отличие от французского, офицерский корпус Вестфалии не был гомогенной группой. Разумеется, любая вновь создаваемая структура не может быть лишена различных т. н. детских болезней – мелкие неполадки возникают при создании чего-то нового почти всегда и требуют времени на устранение. С вестфальским офицерским корпусом не произошло иначе. В отличие от опытных и обученных солдат, дефицит которых явно ощущался, в случае же с офицерами власти, наоборот, столкнулись с переизбытком претендующих на офицерские эполеты в армии короля Жерома. А вследствие того, что какой- то более-менее строгий контроль практически не осуществлялся, и многие желающие получали удовлетворительный ответ, в офицерский корпус проникло «большое количество искателей приключений и подозрительных личностей».

Вот так примерно выглядело соотношение, сообразно их прошлому, различных групп офицеров, поступивших в вестфальскую армию. Однако мы хотим также внести некоторые пояснения в данные диаграммы. Во-первых, исследователи (в частности, Фриц Люнсманн) колеблются в оценке процентной доли бывших французских офицеров, и обычно принято оценивать их долю в 15-20%. Для удобства мы привели усреднённое значение. В основном французы занимали должности в высшем командовании; это были либо те, кого Жером знал ещё по своей службе на флоте, либо офицеры, прошедшие под его началом кампанию 1807 г. в Силезии. К несчастью, особенностью большинства из них было либо отсутствие опыта командования большими массами войск, либо элементарная нехватка военных навыков. К числу же самой большой группы относился, к примеру, Фридрих-Вильгельм фон Лоссберг, оставивший ценнейший источник по истории Русской кампании 1812 г. – «Письма вестфальского офицера». К категории «прочие» могут быть отнесены люди, имевшие самое различное прошлое. К примеру, сюда может быть отнесён Карл Баур, покинувший армию короля Вюртемберга по причине участия в дуэли и поступивший в Королевскую гвардию Вестфалии. Наверное, нет необходимости лишний раз говорить, что в стремительный водоворот событий попадали самые разные человеческие судьбы. Сделаем лирическое отступление: историков часто обвиняют в том, что они сухо и порой цинично работают лишь с цифрами, датами, географическими названиями, упорно отказываясь замечать за всей этой шелухой обычных людей. Смеем заверить: это совершенно ошибочное мнение. Можно сказать даже больше: именно работая в архивах и изучая источники, прорабатывая десятки, сотни послужных списков, приказов, писем, прошений, мы учимся открывать для себя жизни и судьбы реальных людей, стоящие за каждым росчерком пера. И нам важно – а быть может, и необходимо – рассказать, к примеру, о Жозефе Латуре. Он родился 17 марта 1781 г. на территории Восточной Фландрии, принадлежавшей тогда Священной Римской Империи германской нации. После занятия Южных Нидерландов французскими войсками в 1795 году, 13 февраля 1796 г. здесь создаётся департамент Эско. Но родился-то Жозеф подданным Австрии, служил под началом эрцгерцога Иоанна на Рейне сначала капралом, а потом старшим сержантом. Участвовал в осаде Филипсбурга, сражался у Вюрцбурга и при Гогенлиндене. 23 ноября 1805 г. попал в плен в бою у Кастель-Франко. Как рождённый на территории новых департаментов, перешёл на службу к императору Наполеону. В 1806 году, уже под началом Жозефа Бонапарта, участвовал в захвате Неаполитанского королевства. В конце 1808 г. поступил на службу к королю Жерому, старшим вахмистром в полк Шеволежер Гвардии. 26 июля 1810 г. был произведён в младшие лейтенанты. Подобный пример показывает, насколько разными могли быть люди, вставшие под знамена Вестфалии и надевшие офицерские эполеты. Помимо прошлого, эти офицеры обладали ещё и разными мотивами. Кто-то, подобно Иоганну фон Борке из 1-го Лёгкого батальона, не выказывал большого энтузиазма по поводу службы королю Жерому и пошёл на это просто из-за отсутствия каких-либо средств к существованию. Кто-то с воодушевлением воспринял перспективу службы в своих родных землях – в основном это были офицеры, родившиеся здесь же. Но что ещё более важно – уровень подготовки в офицерском корпусе Вестфалии был так же разнообразен, как происхождение и мотивы военнослужащих. Иногда доходило и до курьёзных ситуаций. Один из таких случаев произошёл во время смотра Королевской гвардии королём Жеромом в конце 1811 г. Вот что пишет в приказе на день от 1 ноября 1811 г. генерал Шабер:

«На последнем смотре, который король произвёл Гренадерам и Егерям Гвардии, Его Величество был мало удовлетворён подготовкой господ офицеров. В большинстве своём командный голос весьма плох; не различаются в достаточной степени команды предварительные и исполнительные, а это наносит вред точности и правильности движений».

Один офицер даже не смог ответить на простой вопрос, связанный с солдатскими бельём и башмаками, что совершенно непростительно. Однако не стоит, ориентируясь на эту ситуацию, делать поспешные выводы. Офицерский корпус Вестфалии, как уже говорилось, не был лишён закономерных «детских болезней», неразрывно сопровождающих любой институт на ранних стадиях его существования. В целом качественный уровень офицерского корпуса, особенно ко времени уже Русской кампании 1812 г. заметно вырос и достиг отметки «хорошо», что и было продемонстрировано в начавшейся войне.

Наконец заметим, что в германских землях как само королевство, так и, в частности, его армия были исключительно важными прецедентами в плане общественно-политического строительства. Если некоторое количество офицеров и продолжало смотреть на проносившиеся перед их взором изменения с недоверием, то большая их часть – в основном молодые и амбициозные люди – была полна энтузиазма. Резко контрастируя с армиями прежних германских сеньоров, армия Вестфалии представлялась в гораздо более выгодном свете – во многом благодаря общегражданским нормам, принесённым на эти земли Францией, высокими жалованьем и социальным положением военнослужащих, защитой со стороны государства, передовой организацией и, быть может, самым главным –беспрецедентной возможностью продвижения вне сословных барьеров. Хотите получить представление о господствовавших здесь ранее порядках? Лейтенант 6-го Кирасирского полка Великой Армии де Гонневиль в своих мемуарах описывает случай, когда унтер-офицер прусской армии… прослезился, когда увидел руку, протянутую ему французским офицером – столь велика была социальная пропасть между офицерами-дворянами и унтер-офицерами из простого народа в Пруссии (да и не только). Таким образом, как никогда прежде армия превращалась в важнейший социальный институт. Недаром за Вестфалией в историографии закрепилось понятие «государство-образец». Так чем же в итоге было Вестфальское королевство? Была ли это действительно «спешная импровизация» или твёрдая основа для нового общественного порядка на территории Германии? Спешной импровизацией его назвать, определённо, нельзя, ведь к созданию королевства Наполеон относился со всей серьёзностью, рассчитывая путём рациональных и прогрессивных преобразований не только произвести на свет некий пример для всех остальных, но и создать ценного союзника на восточных рубежах Империи.

Олег Евгеньевич Алпеев – кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института военной истории ВАГШ ВС РФ

Мнение специалиста

Представленный на конкурс «Битва истфаков» текст С. Еникеева «Армия Вестфальского Королевства» в целом соответствует требованиям, предъявляемым научным и научно-популярным трудам, а также работам, представляемым на конкурс. К достоинствам настоящей работы следует отнести широкий круг источников, в т. ч. на иностранных языках и неопубликованных. Текст соответствует современному уровню военно-исторических знаний об эпохе Наполеоновских войн. Работа представляет собой самостоятельное исследование без признаков плагиата. Явных ошибок нет, разве что наблюдаются неточности терминологического характера – так, в отечественной историографии более общепринятыми являются названия «Рейнский союз» и «Королевство Вестфалия», а не «Рейнская конфедерация» и «Вестфальское королевство».

Из недостатков работы отметим не соответствующее условиям конкурса оформление (отсутствие титульного листа, аннотации, внутритекстовых ссылок и ссылок под рисунками), некоторые стилистические погрешности, см., например: «ни разу не однозначный» (С. 1), «В отличие от опытных и обученных солдат, дефицит которых явно ощущался, в случае же с офицерами власти, наоборот, столкнулись с переизбытком претендующих на офицерские эполеты в армии короля Жерома» (С. 7) и т. п.

Если работа вам понравилась, вы можете проголосовать за неё и помочь автору получить приз зрительских симпатий!

Источники и литература

Неопубликованные источники:
Опубликованные источники:
Литература:


Об авторе: Редакция

Хотите быть в курсе всего?
Подписывайтесь на нашу еженедельную рассылку!
Только лучшие материалы и новости журнала

Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Для отправки комментария, поставьте отметку. Таким образом, вы разрешаете сбор и обработку ваших персональных данных. . Политика конфиденциальности

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.