16.07.2019      1292      0
 

Атлас Петена


Рассказываем о работе российских майянистов в Гватемале

«Чтобы работать с текстами, нет необходимости скакать по пирамидам», – как-то сказал Юрий Кнорозов, основатель советской школы майянистики. В 50-х он расшифровал письменность майя, не выходя из своего кабинета в Ленинграде, но ученики его учеников продолжили работу «в полях».

Тикаль на границе дня и ночи. Из архива Сергея Вепрецкого

Полвека спустя у вершин тех самых пирамид, под звёздами, на тропическом ветру стоят двое русских парней, перегнувшись через строительные леса. Снизу из темноты доносятся крики обитателей ночных джунглей. На высоте больше двадцати метров Сергей и Филипп чувствуют себя так же уверенно, как на московском тротуаре. По фрагментам учёные фотографируют огромную надпись на храме. На свет лампы из щели между камнями, испещрёнными изображениями забытых богов, вылезает скорпион, но исследователей и он не пугает. С будничным равнодушием они ждут, когда же тот наконец уползет с иероглифа и можно будет сделать ещё один снимок. 

Когда мы только начали документировать нижние уровни Храма надписей в городище Тикаль в Гватемале, то осторожничали: иероглифы начинались на высоте почти 20 метров, конструкция не казалась очень надёжной, а ничего подобного мы никогда раньше не делали, – вспоминает участник экспедиции проекта «Эпиграфический атлас Петена», младший научный сотрудник Учебно-научного Мезоамериканского центра им. Ю. В. Кнорозова ФИПП РГГУ Сергей Вепрецкий. – Но с каждым уровнем становились уверенней.

Во французской булочной в центре Москвы, где мы встретились с Сергеем, его голос гремит нездешними испанскими названиями. Ржаные волосы, окладистая борода, кольцо с рунами и, как напоминания о недавних путешествиях, гватемальский балахон и свежий мезоамериканский загар. Исследователь только что вернулся из Гватемалы, где вместе с коллегами уже шесть лет документирует надписи на памятниках, чтобы узнать что-то новое о быте и культуре майя, а может быть, и в корне изменить представление о жизни древних индейцев. 

– В первый раз его со слезами провожала, – признаётся невеста Сергея Анна (на ней рунное кольцо, такое же, как у археолога). – Как подумаешь про джунгли… 

Но к настоящим джунглям экспедиция пришла не сразу. Первые пять лет работы в основном велись в хранилищах музеев и национальном парке Тикаль, в руинах древнего города, который давно стал туристическим центром, окружённым отелями и сувенирными лавками. О том, что скоро им придётся засыпать в палатках под крики ночных обитателей тропических лесов, российские учёные ещё не подозревали. 

Во время первых экспедиций в Тикаль, в первые дни после прибытия в Гватемалу, мы жили на территории православного Свято-Троицкого монастыря «Лавра Мамбре» на берегу озера Аматитлан, напротив вулкана Пакайя, – добавляет Сергей новых красок в интернациональную историю. – Настоятельница монастыря, игуменья Инес Айау Гарсиа поддерживает Мезоамериканский центр им. Кнорозова. Но до Тикаля от монастыря 500 километров, поэтому, когда начиналась работа, мы переезжали в небольшой отель, поближе к национальному парку. За шесть лет мы стали там как свои.

Сергей Вепрецкий с коллегами на лесах у Храма надписей

Кроме огромной надписи на стене Храма VI в Тикале, которую Сергей, карабкаясь по строительным лесам вместе с коллегами, сантиметр за сантиметром перевёл в цифру в 2014, проект «Эпиграфический алтас Петена» успел сохранить на серверах более полутора сотен объектов. От стел, рассказывающих о делах государственной важности, до небольших чаш с бытовыми историями. Почти все они были уже открыты учёными, занесены в списки и реестры, но хороших фотографий этих предметов не существовало, а с некоторых копии снимались ещё в начале XX века, и разобрать иероглифы на таких копиях было непросто. 

Как это часто бывает в Латинской Америке, оказалось, что в парке, изученном вдоль и поперёк, нашлись неизвестные вещи, – рассказывает руководитель экспедиции, заместитель директора Учебно-научного Мезоамериканского центра им. Ю. В. Кнорозова ФИПП РГГУ Дмитрий Беляев. – Например, мы обнаружили фрагмент монумента V века. Он просто лежал в хранилище в пластиковой сумочке, на которой было написано только «Национальный парк Тикаль», и всё. Что это и откуда – никто не знал.

Фрагмент изучили и обнаружили на нем надпись: «…его права рука [в] город Ку…п. Он получил… перед своим царём». Само по себе не очень информативно. Но этот текст перекликался с другим, найденным на боевом знамени, высеченном в камне. Учёные предположили, что найденный фрагмент – часть его основания: и там, и там упоминается один и тот же неизвестный город. 

Одна из целей проекта «Эпиграфический алтас Петена» – сделать как можно больше надписей доступными для исследователей всего мира. И не просто сфотографировать, а докопаться до сути, разглядеть в истёртых временем иероглифах, которым больше тысячи лет, истории великих свершений и самых будничных деталей жизни когда-то великой цивилизации. 

Благодаря 3D-сканированию и созданию трёхмерных моделей из серии фотографий высокого разрешения долгими московскими зимами в кабинетах Мезоамериканского центра из камней проступают красочные детали. То, что стороннему наблюдателю может показаться просто узорчатой тарелкой, становится блюдом с точным предназначением: тысячу лет назад жители города Тикаль ели с него тамале – кукурузные пирожки «с пятью цветками». Рецепт на блюде не написан – очевидно, древним майя было ясно, о каких именно цветах идет речь, как сейчас любому повару понятен состав смеси «Пять специй» китайской кухни – однако пока блюдо не попало под пристальные взгляды российских учёных, никто из наших современников не подозревал о существовании пирожков с цветами, такие надписи прежде не встречались. 

Исследование известных памятников с помощью современных технологий помогает восстановить и более заметные детали. «Например, когда была сделана хорошая трёхмерная модель головы бога дождя, стало понятно, что у неё внутри дырка, – объясняет Дмитрий Беляев. – Зачем? Мы предположили, что это была сменная голова. С помощью этого углубления голову бога крепили на «универсальное» божественное тело, установленное где-то в городе на случай масштабных празднеств. Представляю, как верховный жрец говорил своему помощнику: “Так, а сегодня поменяйте голову, только смотрите не перепутайте! А то боги обидятся – и вместо дождя будет засуха».

Материал для документирования искали в Тикале, в музейных хранилищах, а за одним пришлось ехать на остров. Иногда находили то, о чём никто не подозревал. У одной из стел обнаружилась неизвестная сторона, исписанная текстами, о которой то ли забыл, то ли не захотел упомянуть тот, кто изучал её первым – по его бумагам эта сторона была чиста. У другой обнаружили вовсе не ту надпись, которую задокументировали предшественники московских учёных – стела лежала на земле и её нельзя было перевернуть, но, вероятно, раньше она лежала другой стороной вверх. Ещё один монумент нашли в маленьком здании из жестяных листов, куда много лет никто не заходил – наверное, потому, что по такой жаре там было слишком душно. Но российских исследователей это не остановило: обливаясь потом, они посменно фотографировали монумент в этой импровизированной сауне.

Выбирая новые объекты для съёмки, Дмитрий Беляев обратил внимание на вторую самую старую стелу майя IV века из города Эль-Энканто. Но когда попытались её найти, выяснилось, что бесценный памятник никто не видел больше сорока лет. В конце 70-х, во время гражданской войны, стелу закопали неподалёку от места, где она стояла, чтобы спасти от грабителей. 

От этого времени осталось мало письменных источников – раньше имелся всего один, который стоит в Тикале, а когда передатировали эту стелу, стало два, – говорит Дмитрий Беляев. – Её фотографии есть только плохие, часть была сделана в начале XX века. По ним можно понять только то, что стела посвящена одиннадцатому правителю Тикаля и царства Мутуль – царю Сиях-Чан-Кавилю. Провёл какой-то ритуал, принёс жертвы богам, имеются упоминания о его матери и отце… Общая информация понятна, но конкретики мало. Памятник уникальный, а вживую его никто не видел – он закопан в лесах»

Чтобы найти потерянный памятник, группа Беляева, которая прежде не работала на раскопках в городах майя, начала подготовку к полевой экспедиции в глубь джунглей, первой в истории российской археологической экспедиции на территории Гватемалы.

Дмитрий, Моника и Йовани перед тем, как отправиться к месту лагеря. Фото: фонд «Таволга», который выступил одним из спонсоров экспедиции

Город Тикаль, который с начала нашей эры был столицей царства Мутуль. Мегаполис майя, заброшенный в X веке, сейчас совсем не кажется terra incognita. Днём возле пирамид гуляют туристы, а в день предсказанного календарём майя конца света это место было одним из центров его празднования. Но вокруг районов, ставших достопримечательностями, скрываются занесённые землей и заросшие деревьями храмы и площади – до них так и не дошли руки археологов. И Храм VI, вокруг которого российская экспедиция возводила леса, чтобы задокументировать двенадцатиметровую надпись на кровельном гребне, стоял никем не потревоженный много лет после того, как были открыты первые пирамиды Тикаля. Как рассказывает Дмитрий Беляев, его случайно нашли гватемальские солдаты: они в поисках ужина погнались за дикой свиньёй. 

Такой же заросший деревьями город Эль-Энканто находится в 12 километрах по прямой от Тикаля, но чтобы не идти к нему через джунгли, приходится объезжать по дорогам несколько часов. Город нашли местные жители в 1907, но после первых исследований место почти на пятнадцать лет потеряли. Последняя экспедиция не стала раскапывать пирамиды и мощёные площади и ограничилась составлением примерного плана. На их взгляд, это был небольшой городок в тикальской области, своего рода «райцентр» царства Мутуль. Однако когда небольшая группа из 23 человек прибыла на место, стало очевидно, что всё совсем не так.

Одна из живущих в Эль-Энканто змей. Фото: фонд «Таволга», который выступил одним из спонсоров экспедиции

То, что на старом плане выглядело небольшой пирамидкой, в реальности оказалось пирамидой высотой в двадцать метров. Рядом под слоем земли скрывалась крыша сводчатого дворца. Неподалёку нашли заросшую каменоломню и ещё две группы зданий, которых не было на старой карте. Непохоже на заштатный городок. Вероятно это место, названное гватемальцами Эль-Энканто, выполняло функцию одного из религиозных центров царства.

Однако долго разгуливать по руинам времени не было. До сезона дождей оставалось всего две недели, а где именно закопана стела, никто не знал. Экспедиция получила разрешение на выкопку 15 шурфов, неглубоких ям метр на метр, а это значит, что археологи имели всего 15 попыток угадать место, где спрятана стела, 15 прицельных выстрелов на всю площадь вокруг пирамиды.

Лагерь исследователей в Эль-Энканто

Из тех, кто тогда закапывал эту стелу, осталось совсем немного людей, один из них – Мигель Орега. Мы по чайной ложке вытягивали из него информацию о том, где же это произошло. Наш палаточный лагерь располагался глубоко в джунглях, километрах в пяти от дороги, до ближайшего источника воды с крокодилами идти полчаса через лес, телефон не ловил. Поэтому созвониться с Мигелем возможно было только когда мы выезжали «в цивилизацию», чтобы пополнить запасы – вспоминает Сергей. – После нескольких разговоров стало понятно, что яма была большая, но неглубокая, недалеко от того места, где стела стояла изначально, к югу от пирамиды. На дереве рамон, которое росло рядом, мачете сделали две зарубки иксом. Но с тех пор прошло больше сорока лет, деревья за это время подросли, и сейчас зарубка должна находиться очень высоко!

Деревьев рамон вокруг храма много. Как найти нужное? Сначала исключили все молодые деревья, потом начали всматриваться в стволы старых сквозь листву. Если находили что-то похожее на зарубки, гватемальские сотрудники экспедиции обматывались верёвкой и бесстрашно лезли наверх, рискуя свалиться с высоты, укушенными змеёй. Некоторые местные змеи достаточно убедительно прикидываются лианами, и куда бы ты ни шёл, приходилось постоянно смотреть и под ноги, и наверх. 

Мы сначала радовались, что успели на конец сухого сезона и нет комаров, – смеется Сергей. – Но в джунглях так: если тебя не едят комары, тебя ест кто-то другой. Одного из рабочих, который ходил за водой, по дороге укусила змея. Но воду он не бросил и ещё полчаса шёл с канистрами обратно до лагеря!

Однако несмотря на отвагу и помощь Йовани, специалиста по выживанию в джунглях, который отправился в экспедицию вместе с группой Беляева, найти подходящий рамон так и не удалось. Место нахождения тайника оставалось неизвестно, но стела точно была где-то рядом – следов раскопок грабителей, которые время от времени рыщут по заброшенным городам майя, не наблюдалось. 

Без точных меток, исследователям пришлось высчитать, как расположить шурфы, чтобы с их помощью наверняка зацепить стелу, и начать копать. Первый, второй… тринадцатый шурф тоже не принёс результатов. В земле находили осколки керамики, докопались до мощёной мостовой, выяснили, что площадь у пирамиды переходит в террасу. Но следов стелы не было.

До конца экспедиции оставалось несколько дней, и мы в поехали за чистой водой в сторону Тикаля, – рассказывает Сергей. – Мигель Орега больше ничего не мог (или не хотел) нам рассказать, у нас оставалось всего две попытки – два разрешённых шурфа, так что настроение было не из лучших. По дороге мы заехали в гостиницу, где раньше останавливались каждый год, я разговорился с хозяином и неожиданно выяснилось, что он работал на Эль-Энканто и знает про потерянную стелу. Всё было действительно так: большая яма недалеко от пирамиды, на рамоне – вырезанный мачете Х. Только с другой стороны.

Окрылённый новой информацией, Сергей принёс новость в палаточный лагерь, обитатели которого уже начали понемногу терять оптимизм. На днях неподалёку охотился ягуар и иногда возле пирамиды тянуло мертвечиной – остатками его обеда. А однажды ночью местный рабочий начал кричать, что в этом месте злой дух. «Вы и сами знаете – никто же не спал прошлой ночью!» – говорил он. И действительно, никто не спал… Днём рабочий успокоился, но это совпадение вкупе с неудачными поисками и шумом ночных джунглей, под который приходилось засыпать каждую ночь в лёгкой палатке, немного настораживало. Теперь же о злом роке можно было забыть – всё складывалось как нельзя лучше. С другой стороны от пирамиды нашлось идеальное место, небольшой холмик, где явно кто-то копал, как раз рядом с рамонами. Было принято решение делать последний шурф именно здесь. 

Сергей попробовал сходить за водой для лагеря Эль-Энканто

– И мы начали копать. Под травой оказалась засыпка из камней: там было множество осколков керамики, и всё говорило о том, что мы на правильном пути! Слой за слоем! И вот мы упёрлись во что-то твёрдое… – на самой напряжённой ноте Сергей делает долгую паузу. – И… там ничего нет… Просто пол площади. Никакой стелы…

Промахнуться учёные могли всего на десять сантиметров – одна из древнейших надписей майя могла быть прямо под ногами рабочих, которые закапывали последний шурф пока российские исследователи начинали собираться обратно в Москву. Но надежды найти потерянное никто не теряет. «Мы вернёмся в Эль-Энканто в 2020, и мы настроены куда серьёзней», – уверенно говорит Сергей.

Теперь участники проекта «Эпиграфический атлас Петена» хотят не просто найти эту стелу. Они намерены провести полноценные раскопки, чтобы узнать, как выглядел город, где в IV веке царь Сиях-Чан-Кавиль приносил жертвы богам. 


Об авторе: Редакция

Хотите быть в курсе всего?
Подписывайтесь на нашу еженедельную рассылку!
Только лучшие материалы и новости журнала

Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Для отправки комментария, поставьте отметку. Таким образом, вы разрешаете сбор и обработку ваших персональных данных. . Политика конфиденциальности

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.