15.09.2020      385      0
 

Что такое изобразительный девиз?


Об одном интересном геральдическом знаке

Какой герб был у династии Тюдоров? «Конечно, красно-белая роза» — ответите вы. И будете правы. Но не совсем. Гербом английских королей всегда были и до сих пор остаются золотые львы, шествующие в красном поле. Красно-белая роза — это тоже их геральдический знак, но не герб, а изобразительный девиз. Что это такое, зачем они нужны и как соотносятся эти разные эмблемы, рассказывает младший научный сотрудник Центра гербоведческих и генеалогических исследований ИВИ РАН Дарья Староскольская.

Клиффорд:
Я вынесу и не такую бурю,
Какую ты сегодня можешь вызвать.
Я это напишу тебе на шлеме,
Когда тебя узнаю по гербу.

Уорик:
Клянусь я Невилов гербом старинным —
Медведем, что стоит на задних лапах,
Прикован к суковатому стволу, —
Сегодня вознесу его на шлеме.
Так на вершине горной кедр стоит,
Ветрам листву отважно подставляя
Пусть вид герба тебя повергнет в страх!

У. Шекспир «Генрих VI»

Этот эпизод из пьесы Уильяма Шекспира хорошо известен всем исследователям геральдики. Он наглядно описывает, для чего и как использовались средневековые геральдические знаки. Однако русский перевод оригинального текста не совсем точен, по-английски эта фраза звучит «Might I but know thee by thy household badge». Лорд Клиффорд собирается узнать графа Уорика не по гербу, но по его «бейджу». Изображение медведя с сучковатым столбом для Уорика – это то же самое, что алая и белая розы двух воющих ветвей семейства Плантагенетов, белый вепрь Ричарда III или красный дракон Генриха VII. Но что же это такое, если не герб и откуда эта путаница?

«Бейдж» Уориков на могиле Роберта Дадли, Церковь Св. Марии, Уорик, Уорикшир

Все дело в том, что несмотря на то, что эти изображения считаются «геральдическими», выполняют схожую функцию и даже иногда становятся частью гербовой композиции, непосредственно гербами они не являются и представляют собой независимый вид знака – изобразительный девиз (англ. badge, фр. devise, ит. impresе).

Примеров таких знаков очень много: это бургундское кресало и крест святого Андрея, стрелы и ярмо Изабеллы Кастильской и Фердинанда Арагонского, красно-белая роза Тюдоров, геркулесовы столбы Габсбургов и многие другие. Эти простые изображения, однозначно связываемые в сознании современников с конкретными личностями, визуализировали их носителей на страницах манускриптов, заявляя об их взглядах и устремлениях.

Часто упоминается, что одним из первых изобразительных девизов была та самая веточка дрока, давшая название династии Плантагенетов. Вероятно, эта красивая легенда была связана с традицией изобразительных девизов уже в Новое время. Тем не менее, именно изобразительные девизы Плантагенетов пользуются репутацией старейших в девизной традиций. Один из первых документально подтвержденных «бейджей» – страусовое перо принца Уэльского.

В настоящее время этот знак используется наследником королевского престола Великобритании для обозначения его статуса в качестве такового. Однако первым страусовое перо выбрал в качестве своего личного знака Эдуард, сын Эдуарда III, вошедший в историю под прозвищем Черный Принц (1330-1376). Вероятно, выбор был сделан не случайно и эту фигуру Эдуард взял с герба графства Остреванского, откуда родом была его мать, Филиппа Геннегау. Согласно составленному в спешке завещанию самого принца, на его надгробии следовало изобразить 12 щитов, на 6 из которых будет изображён его герб (noz armez entiers), а на других шести – страусовые перья (plumez d’ostruce). Важно отметить, что сам Эдуард не считал этот знак гербом и называл его именно «бейджем».

Надгробие Эдуарда Принца Черного в Кентерберийском соборе, украшенное согласно его завещанию гербом и изобразительным девизом

Завещание дает и некоторое представление о том, для чего использовался этот знак. Принц распорядился, чтобы во главе погребальной процессии шли «два боевых коня в попонах с гербом принца и два рыцаря в гербовых коттах несли два похоронных шлема – один с гербом «для войны» (pur la guerre), другой с бейджем из страусовых перьев – «для мира» (pur la paix), и с такими же изображениями знамена».

Погребальная процессия Елизаветы I наглядно демонстрирует традицию вынесения герольдами «погребальных предметов» (funerary achievements) и демонстрацию регалий и других знаков усопшего члена королевской семьи
«Погребальные предметы» Эдуарда Принца Черного, среди которых, вероятно, шлем «для войны», упомянутый в завещании

Чаще всего исследователи трактуют «шлем для мира» — как турнирный шлем и соответственно предполагают, что страусовые перья использовались принцем в качестве личного знака именно на турнирах, где вероятно королевский герб Англии, даже и с бризурой[1] был неуместен

Известно, что позже в конце XV в. гербы практически полностью перестали использоваться на турнирах, уступив место именно изобразительным девизам.

Генрих VIII участвует в турнире, вооружение рыцарей больше не украшено их гербами. Westminster Tournament Roll, College of Arms, 1511

Со временем изобразительные девизы заменили гербы не только на турнирах. В XV в., когда использование изобразительных девизов достигло своего апогея, они потеснили гербы во всех сферах социальной жизни: на страницах манускриптов, печатях, одежде и других предметах. 

Слепок печати принца Генриха Монмутского (будущего короля Генриха V) c королевским гербом с бризурой и изобразительными девизами: страусовым пером принца Уэльского и лебедями семьи де Богун, с которыми принц был связан по материнской линии

О том, почему герб не имел символического значения в Средние века, читайте в этой статье Дарьи Староскольской

Четыре мифа о средневековой геральдике

Как уже было сказано, изобразительный девиз был призван служить знаком различия и идентификации, но если для этой цели уже существовал герб, зачем понадобились другие знаки? Можно предположить, что герб с какого-то времени стал слишком сложным и громоздким для частого его воспроизведения. Более того, уже сложившиеся жесткие правила геральдики сильно ограничивали их владельцев в выборе изображений. Будучи маркером рода, герб уже в XIV в. в виду длинных родословных и многочисленных родственников не мог однозначно указывать на отдельно взятую персону, в то время как изобразительный девиз был изначально призван стать знаком личным. Часто он символически отображал заслуги и достоинство носителя, либо какой-то иной смысл, индивидуально вкладываемый в него, чего не мог сделать герб. Девизы стали «рассказывать истории», намекать на какие-то события или качества их хозяев. 

Так, например, союз Генриха VIII и Екатерины Арагонской, визуализировался с помощью розы Тюдоров совмещенной с плодом граната: Роза Тюдоров, как известно, сочетала в себе красную розу Ланкастеров и белую розу Йорков[2], обозначая окончание Войны Роз и объединение семейства первым Тюдором, а гранат являлся намеком на завоевание Гранады и окончание реконкисты отцом Екатерины Фердинандом II Арагонским.

Двухцветная роза и гранат визуализируют союз Генриха VIII и Екатерины Арагонской, на страницах, созданного для них песенника. Choirbook of Petrus Alamire, Southern Netherlands, c. 1516, Royal MS 8 G VII, f. 3r

Связь изобразительного девиза с его носителем была настолько прочна и очевидна, что позволяла аллегорически представлять взаимоотношения и выражать политические амбиции. Так, например, своим изобразительным девизом, Людовик Орлеанский имел сучковатую палку (baton noueux), а его политический противник Жан Бесстрашный в качестве изобразительного девиза очень не многозначно выбрал… рубанок. Чтобы сучки эти с герцога да пообтесать.

Жан Бесстрашный в одеянии украшенном изображениями рубанка. Fleur des Histoires d’Orient. BNF Ms.fr2810, f. 226

Как известно, эта затея Жану удалась. 23 ноября 1407 г. в Париже по его заказу Людовик Орлеанский, брат французского короля, был убит. Это беспрецедентное вероломство привело к продолжительному конфликту, известному как война арманьяков и бургиньонов и оставило много вопросов к Жану, главным из которых был: как можно было поднять руку на члена королевской семьи? 

В свою защиту бургундский герцог заказал создание манускрипта, который подробно изложил его мотивы. Весь долгий текст оправданий герцога автору удалось передать одним изображением в начале манускрипта, прибегнув к помощи именно изобразительных девизов:

Лев бургиньонов побеждает волка арманьяков, который стаскивает корону с лилии короля Франции на страницах манускрипта “Защита Жана Бесстрашного, герцога Бургундского по делу смерти Людовика, герцога Орлеанского”Jean Petit, Vienna, Österreichische Nationalbibliothek. After March 1408. MS 2657, f. 1v, or ms. 878, f.2

Как видно из примеров, в отличие от гербов, изобразительные девизы обладали бóльшим символизмом и легкостью в обращении. Их можно было выбирать или менять по случаю, а самое главное их могло быть неограниченное количество.

Технически и гербы могли быть подвержены таким изменениям, но это процедура была довольно сложной и связанной с целым рядом трудностей. Изобразительные девизы, напротив, никогда не «регистрировались», их использование не регламентировалось. Не сохранилось также документов о судах чести по вопросам использования одинаковых девизов разными людьми.

Со временем изобразительные девизы, взяв на себя основную функцию гербов, переняли и многие их черты: они стали передаваться по наследству, а, значит, приобрели некоторую системность и постоянство, и даже нечто похожее на бризуры:

Страусовые перья Плантагенетов являются хорошим примером того, что изобразительные девизы скоро стали наследственными и приобрели признаки каденции, т.е. каждый носитель “бейджа”, хоть и оставался верен общему изображению так или иначе вносил небольшие изменения, чтобы оставить его личным. Нетрудно заметить здесь параллель с гербами и использованием бризур.

Однако изобразительные девизы обзавелись и некоторым нововведением, существенно повлиявшим на дальнейшее развитие геральдики. Частью изобразительного девиза могла быть короткая фраза – motto – собственно девиз в широком популярном представлении, определяющая устремления или амбиции носителя. В таком случае изображение называлось «телом» девиза, а фраза – его «душой».

Страусовые перья принца Уэльского с «мотто» на воротах одного из колледжей Оксфордского университета. Что изначально значило «Ich Dien» для Черного Принца установить трудно. С немецкого этот девиз можно перевести как «Я служу». Другая версия говорит, что это фраза созвучна валлийскому «Eich Dyn» «Твой человек» и является жестом, отмечающем заслуги валлийских стрелков в сражении при Креси.

Часто «душа» девиза являлась пояснением к изображению, особенно если оно было выбрано заново или разово по случаю, а не являлось родовым наследственным знаком:

Луи XII с войском по пути в восставшую Геную. Его котта и попона коня расшиты изображениями пчел и улья с девизом «non utitur aculeo rex cui paremur» дословно «король, которому мы подчиняемся, не использует своего жала», развивая античную идею о том, что пчелиный рой управляется королем. Изобразительный девиз был подобран специально «по случаю» и намекал мятежной Генуе, что «если пчелы сами вернутся в улей, наказания не последует». Другой известный изобразительный девиз Людовика – дикобраз – изображен коттах, сопровождающих его рыцарей. Le Voyage de Gênes (ca.1500)

Именно этот «мотто» впоследствии, после выхода из употребления изобразительных девизов, стал частью современных гербов. Также как и сами изобразительные девизы заняли свое место в гербовой композиции в качестве нашлемных фигур и щитодержателей.

Изобразительные девизы сокол Плантагенетов и йейль Бофортов в окружении пней Бедфордов держат щит с гербом Джона Ланкастер, 1-ого Герцога Бедфорда. Вокруг щита ленты с «мотто» герцога «A vous entier» — «Всецело Ваш». Бедфордский часослов, 1423 г. British Library Add. MS 18850, f.256vCopyright © The British Library Board

В заключении стоит еще раз отметить и подчеркнуть, что изобразительные девизы сформировали новую самостоятельную систему репрезентации в Европе XIV-XVI вв., связанную с геральдикой, но, тем не менее, независимую от нее. Две визуально-знаковые традиции существовали параллельно, дополняя друг друга. К концу XVI в. изобразительные девизы утратили свою популярность, уступив место новым знакам и эмблемам, и оставили свой след в основном став частью современных гербов. Однако в английской геральдической традиции использование изобразительных девизов продолжается до сих пор. Ярким примером тому могут служить 10 геральдических статуй в виде «королевских щитодержателей», изготовленные специально для коронации Елизаветы II. По замыслу создателя, он должны были визуально представить генеалогию королевы:

Пять из 10 статуй “The Queen’s Beasts”, изготовленных для коронации Елизаветы II: Лев Англии, Гриффон Эдуарда IV; Сокол Плантагенетов, Черный бык Кларенсов и Белый лев Мортимеров.

Литература

  1. Boutell Ch. The handbook of English Heraldry, 1914.
  2. Denys Heraldic imagination. C. N. Potter, 1976.
  3. Humphery-Smith C.R. Feathers // Genealogica & Heraldica. Copenhagen, 1980.
  4. London H.S. Royal Beasts. The Heraldry Society, 1956.
  5. McGill, P., Johnes J. Standards, Badges & Livery Colours Of The Wars Of The Roses. Freezywater publications, 1992.
  6. Siddons M.P. Heraldic Badges in England and Wales. Boydell Press. 2017.
  7. Vale M. War and Chivalry. Duckworth, 1981.
  8. Wagner A. The Swan Badge and the Swan Knight // ArchaeologiaVolume 97, 1959.
  9. Ward M. The Livery collar. Boydell, 2016.
  10. Елохин К.А. Возникновение изобразительного девиза испанского короля Карла I // Signum / Центр гербоведческих и генеалогических исследований; Институт всеобщей истории РАН. Отв. ред. А.П. Черных. Вып. 10. М, 2019.
  11. Майзлиш А.А. Реальность бургундского герба и идеология Ордена Золотого руна // Signum 8 / Отв. ред. А.П. Черных. М., 2016.
  12. Медведев М.Ю. Немой девиз как геральдическое отражение социокультурных процессов // Signum 3 / Отв. ред. А.П. Черных. М., 2005.
  13.  Рыжова Д.С. Гербовник как инструмент политического влияния в эпоху Эдуарда I.// Signum (отв. ред. А.П. Черных). Вып. 9. М., 2017.

[1] Бризура или знак каденции – специальная гербовая фигура отличающая герб старшего сына (наследника) от герба отца.

[2] Здесь необходимо отметить, что это визуальное противостояние вероятно мистификация Тюдоров, случаи использования белой розы Йорками известны, а вот Ланкастеры предпочитали другие знаки. 


Об авторе: Дарья Староскольская

м.н.с. Центра гербоведческих и генеалогических исследований ИВИ РАН, специалист по геральдике

Подпишитесь на Proshloe
Только лучшие материалы и новости науки

Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Для отправки комментария, поставьте отметку. Таким образом, вы разрешаете сбор и обработку ваших персональных данных. . Политика конфиденциальности